Современная концепция лечения

 

Поговорим о причинах

(продолжение)

 

   

Здесь можно опять вернуться к магистерской диссертации Д. Суворова,  в которой он пишет, что “все экономисты, как правило, утверждают как раз обратное…(т.е., в пользу либерализации, прим. В.Л), а “представители других наук”, не делая однозначных выводов, “пытаются разобраться в современной ситуации с наркотиками и наркоманией, исследуя их сквозь призму истории, в международном аспекте или в контексте какой-нибудь отдельно взятой страны”.

            Опять вранье. Причем, откровенное. Занявшись выяснением причин наркотизма вообще и распространением наркотиков и наркомании в частности, мне так и не удалось (при всем моем великом желании) встретить работы “представителей других наук”, которые, разбираясь в современной ситуации с наркотиками и наркоманией, исследуют эту проблему комплексно, т.е. сквозь призму истории, в международном аспекте и даже в контексте отдельно взятой страны. В основном это как раз работы, рассматривающие отдельные частности современной ситуации, оторванные от контекста истории и международного аспекта. Если в них и не сделаны однозначные выводы, то авторы этих работ оставляют это право читателям. Изучение проблемы распространения наркотиков сквозь призму истории и в международном аспекте обязательно приводит к однозначным и отнюдь не либеральным выводам. Также невозможно сказать, что и “все экономисты” утверждают, что либерализация продажи наркотиков может решить какие-то социальные проблемы. В основном-то, они как раз придерживаются очень осторожных выводов, не считая оголтелых либеральных экономистов типа Бертрана Леманисье, Эсена Недельмана и некоторых других, в том числе и отечественного Льва Тимофеева, делающих выводы совершенно противоположные своим данным.

            Поскольку, как показано выше, сфера интересов либеральной экономической теории  в изучении процесса наркотизации ограничивается только лишь конечным этапом в цепи “спрос – предложение”, а именно: потребитель – уличный торговец, что по существу является, как признаются сами либеральные экономисты, таким же ограничением предложения, как и критикуемая ими запретительная система, то выводы о неэффективности относительно “законного ограничения предложения”,  т.е. запрета, будут соответственно свидетельствовать о неэффективности ограничения предложения путем либерализации торговли наркотиками. Как пишут авторы, существующие данные свидетельствуют, что спрос на героин крайне неэластичен по цене и что предложение характеризуется определенной ценовой эластичностью. Эта информация порождает определенные сомнения в правомерности ограничения предложения как метода борьбы с наркотиками.

Если анализировать полные социальные издержки, из приведенных рассуждений ясно следует, что “политика законного ограничения наркотиков, нацеленная на снижение предложения, часто может быть неприемлема, если фактическая функция спроса на наркотик не эластична по цене”.1  В этой же работе также говорится о том, что cамый сильный аргумент в защиту политики ограничения предложения - в том, что это приведет к уменьшению числа новых наркопотребителей. В лучшем случае, это план, рассчитанный на длительную перспективу”.

            Несмотря на существующее среди либеральных экономистов мнение, высказанное Л. Тимофеевым в упомянутой выше работе “Политэкономия наркобизнеса”, что рыночные механизмы бессильны решать проблему наркомании и, соответственно, проблемы нарастающей наркотизации, тем не менее, такие попытки все же предпринимаются и, более того, обществу пытаются навязать ложные представления и умозаключения либеральных экономистов по этому вопросу. Почему ложные? Да потому, что реальные доходы от торговли наркотиками неизвестны, конкретные лица, стоящие за международной наркоторговлей, неизвестны (разве что Медельинский картель). По отдельным частным случаям, описанным, скажем, в работе С. Левита и С. Венкатеша “Экономический анализ финансов банды наркоторговцев” 2, невозможно представить объемы и масштабы денежных потоков такой международной наркоторговли. Все предполагают, что они огромны и исчисляются не одной сотней миллиардов долларов, но с такой суммой никто не бегает, держа ее в чемоданах или коробках из под бумаги для ксерокса. Т.е., денежные трансферты таких объемов и масштабов осуществляют банки и финансовые компании, которые, надо отметить, должны быть достаточно крупными или “бесхозными” (подобно, как недавно выяснилось, российскому Содбизнесбанку), чтобы “отмывание” наркодолларов проходило незамеченным контролирующими органами. К тому же, мне, например, представляется нелогичным эмпирические выводы, сделанные из процесса наркоторговли со многими неизвестными. Куда логичнее строить экономические модели, используя легальные рынки веществ наркотического действия (табак, алкоголь) или лекарственных препаратов, оборот и доходы которых, как легальных, так и теневых, значительно превышают нелегальный рынок наркотиков. Хотя эти рынки подчиняются тем же законам (биологическим, медицинским, экономическим) и им присущи точно такие же проблемы (коррупция, взяточничество, насилие, нарушение прав и свобод, ущерб здоровью и т.п.), как и нелегальной наркоторговле. В пылу мифотворчества и теоретической борьбы с экономическими основами наркомафии либеральные экономисты и так называемые либерально настроенные граждане с упоением говорят о доходах мафии в тысячу процентов с каждого вложенного в наркоторговлю доллара. Возможно и тысячу. А, возможно, и полторы, а то и все две. Но, к примеру, известнейшей швейцарской фармацевтической компании Hoffman la Roche, легально производящей седативный препарат Валиум, относящийся к транквилизаторам и широко использующийся как в медицинской практике, так и в немедицинских целях, стоимость сырья и производство самого препарата обходится в три доллара за килограмм. Она продает его дистрибьюторам по двадцать тысяч за килограмм. Когда Валиум доходит до конечного потребителя, его стоимость возрастает до $50000 за килограмм. Этот препарат потребляется в огромных количествах и в Европе, и в США. Возможно, он является самым распространенным в мире наркотиком подобного рода.3 Нетрудно подсчитать, что прибыль только по одному этому препарату составляют 16-17 тысяч на каждый вложенный доллар. Бедная наркомафия, она не может даже и мечтать о таких доходах! Приблизительно такая же ситуация сложилась и с производством витаминных препаратов, в частности с витамином С, затраты на производство которого составляют около цента за килограмм. Он продается с прибылью в десять тысяч процентов. Об этом почему-то либеральные деятели предпочитают помалкивать. Зато возмущаются тем, что наркомафия не платит налогов с наркоторговли и коррумпирует чиновников. Надо же, кто бы мог подумать? Но оказывается, этим страдает не только наркомафия. Не так давно фармацевтический мир “сотрясло” известие, что Hoffman La Roche, BASF и еще несколько фармацевтических компаний заплатят самый большой в истории штраф – 1,1 миллиарда долларов США. На чем погорели витаминные короли? Как утверждает Департамент юстиции США, они вступили в преступный сговор. На протяжении девяти лет, с января 1990 года по февраль 1999, ведущие производители витаминов встречались между собой, чтобы договориться о ценах на витамины A, B 2, B5, C, E и бета-каротин. Одновременно, шла речь и о разделе рынков сбыта. Власти США утверждают, что заговор коснулся практически каждого американца. Не секрет, что американцы на витаминах просто помешаны: многие из них постоянно употребляют поливитаминные биодобавки, а промышленность выпускает массу продуктов, обогащенных витаминами. Досталось и животным – корма и смеси для них тоже витаминизируются. Имена этих «героев» хорошо известны. Первым в деле фигурирует фармацевтический гигант Hoffman La Roche. Эта швейцарская компания рекордсмен – ей принадлежит 60 процентов мирового витаминного рынка. И штраф ей придется заплатить рекордный – полмиллиарда долларов! Существенно отстает от Hoffman La Roche второй заговорщик – компания BASF. Она заплатит штраф в 225 миллионов долларов. Третьим пострадавшим стала французская компания Rhone-Poulenc. Похоже, она отделается мелким испугом. Эта компания первой стала «открывать карты» перед американским Министерством юстиции. Не исключено, что Rhone-Poulenc могут освободить от штрафа вообще. А вот два высокопоставленных сотрудника Hoffman La Roche, так легко не отделаются. Доктор Куно Соммер, возглавлявший отдел международных продаж, и Роланд Бронниманн, руководитель отдела витаминов и высококачественной химии приговорены соответственно к 4 и 5 месяцам тюрьмы и штрафам в 100 и 150 тысяч долларов. Оба топ-менеджера пытались помешать расследованию, проводимому американскими властями. Министерство юстиции отмечает, что сговор действовал не только на территории США, но и в других странах. Но в каких, не уточняется. В последние дни в заговоре появились новые фигуранты – три японских компании Eisai Co, Daichi Pharmaceutical, Takeda Chemical Industries. Они разделят между собой остальную часть самого большого штрафа, из когда либо оплаченных. Похоже, заговорщики, нарушившие антимонопольное законодательство, найдут средства для оплаты штрафа. А компания Roche уже объявила о том, что у нее все равно будет прибыль. И это неудивительно. Компания Hoffman La Roche кроме готовых витаминных препаратов поставляет в Россию и витамины для пищевой и косметической промышленности. Витамины Hoffman La Roche можно встретить и в продуктах. Например, в печенье «Шустрик», выпускаемых фабрикой «Большевик» и одобренных Институтом питания, содержится витаминная смесь фирмы Roche. В последнее время Hoffman La Roche стала продавать и витаминно-растительные препараты серии Биовиталь. Раньше они принадлежали другому участнику заговора – компании Rhone-Poulenc. BASF поставляет в Россию не готовые поливитаминные препараты, а витаминное сырье. Кроме этого к нам в страну поступает масса витаминных препаратов из США. Среди них есть поливитамины-лекарства типа Центрума, Витрума, Юникапа и бесконечное количество витаминов-биодобавок, продающихся обычно втридорога и по большей части не через лицензированную аптечную сеть. Наверняка, в каких-то из них присутствуют витамины, синтезированные фирмами-заговорщиками. Ведь вместе они держат в своих руках около 80 процентов мирового рынка витаминов.

            Рассматривать в экономических причинах наркотизма большинство либеральных теорий просто бессмысленно, ввиду их как многочисленности, так и однотипности, но к ним все же придется возвращаться при рассмотрении других причин. К тому же, при более пристальном изучении этих теорий выявляется очень характерная особенность этих работ – с помощью экономического “моделирования” социологически “обосновать” необходимость легализации наркотиков. Если говорить точнее, то это “обоснование”  больше смахивает на попытки скрыть или завуалировать истинную суть легализации.

Для адекватного представления ситуации с распространением наркотизма следует учитывать, что за ней стоят не только экономические причины, т.е. погоня за прибылью. За этим явлением стоят определенные политические силы со своими геополитическими притязаниями. Для того чтобы  вникнуть в суть проблемы, необходимо сделать небольшое историческое  отступление. Интересующиеся историей знают, что эти политические силы появились не вчера и даже не в прошлом веке, а, как минимум, пять столетий тому назад, когда началась борьба морских держав за очередной передел мира и установление мирового господства. Они начали формироваться со времен колонизации Южной и Северной Америки, Африки, Юго-Восточной Азии, Индии, Австралии, Индонезии, Китая и закончили процесс формирования после окончания Второй мировой войны, когда мир был снова поделен на два противоборствующих лагеря. Еще в самом начале этой войны Англией и Соединенными штатами выдвигались некоторые идеологические и правовые нормы для послевоенного мира, а также идея создания всемирной универсальной организации для "глобального управления" будущим миром, корни которой уходят в Программу Вильсона, разработанную еще в 1916-1918 годах неким полковником Хаузом, имевшим широчайшие и теснейшие контакты с масонскими кругами по обе стороны океана. Именно в этот период стала снова активно плестись паутина глобализации и создавались предпосылки для новой роли англосаксонских держав в создавшемся послевоенном мире. Политические усилия этих стран и идеологические концепции либерального глобализма развивались по направлениям, несколько напоминающим их поведение и стратегию в Первой мировой войне, что все же подтверждает наличие некой специфики в международном поведении англосаксов - сил "океана" - отделенных от "континента" - евразийского материка. Одним из них было всемерное поощрение СССР на борьбу с Гитлером, причем до полной победы. Геополитической стратегией военных действий при этом была извечная схема – “разделяй и властвуй”, заключающаяся в истощении тевтонов и славян между собой, расчленении немецкого потенциала и создании между ними мелких государств. Кроме этого, еще стояла задача не пустить СССР в Средиземное море и на Балканы, через которые Британия гарантировала свою империю к востоку от Суэца, 4 где, как известно, почти две трети территории занимают безжизненные пустыни, по которым пролегал до 16 века Великий шелковый путь, а затем путь транспортировки опия-сырца. Глупо было бы думать, что она была слишком уж озабочена конкурентами по нефтяному ближневосточному бизнесу, которые еще не скоро оправятся от последствий войны или, что для полного счастья ей не хватает голых песков, нуждающихся в защите от чьих-то посягательств. Мир к середине двадцатого века значительно отличался от времен колонизации Индии и активной индо-британской торговли опиумом. Держать под секретом столь прибыльный бизнес и королевские войска в пустыне, как это делалось на протяжении 18-19 веков, распространяя различные сказки и мифы о “сокровищах Индии” и “чайных клиперах”, о беззаветной храбрости британской армии во славу Империи по охране перевала Хибер, воспетой Р. Киплингом, было уже невозможно. К этому времени уже было известно, что нет никаких “сокровищ” ни в Индии, ни в Афганистане, ни в Пакистане, ни в Иране. На тот период это были одни из самых беднейших стран, хотя и получившие независимость. Независимость независимостью, но уверенность в своей непогрешимости и превосходстве собственной роли и своих идей в мироустройстве, которая на протяжении многих веков не дает покоя Королевскому дому, толкает этих миссионеров на активные действия по навязыванию не только духовно, но и в практической жизни своих религиозно-философских стандартов другим странам, которые будто бы должны обеспечить мир. 

Именно англо-саксонские религиозные и общественные организации, а также политические круги в ХХ веке стали лидером в разработке и агрессивном и настойчивом продвижении "мира как концепции международных отношений" и идеи глобальных институтов, которые бы осуществляли бы контроль и обеспечение установленных ими правил, даже применяя насилие. Нетрудно распознать в этом механизм для осуществления древней идеи мирового господства, соблазн которой проявлял себя в различных религиях и сектах, открытых мировоззренческих и политических доктринах и в тайных обществах на протяжении веков и возродился с невиданной силой на пороге III тысячелетия.

Идея глобального управления породила два типа универсалистских структур. Первый тип-этоООН,в которой дальновидность советской дипломатии уравновесила универсалистские постулаты классическими элементами международного права. Второй - это паневропейские структуры вроде Совета Европы. Его сегодняшняя роль доказывает, что в нее и были собраны до "лучших" времен неудавшиеся универсалистские претензии мирового правительства и единого мира на основе "вечных" стандартов, имевших корни в космополитических и мондиалитсских учениях прошлого, а из межвоенного периода идеи Пан-Европы австрийского графа Куденхове-Каллерги,5  который являлся активным членом диониссийского клуба викторианского общества, в котором было принято курить опиум. Именно он написал в 1932 году книгу “Революция через технологию”, представлявшую собой программу возвращения к миру средневекового общества. Эта книга фактически стала рабочим инструментом в реализации миссионерских планов по всемирной деиндустриализации, начиная с США. Утверждая, что перенаселение является серьезной проблемой, Куденхов-Калерги советует вернуться к тому, что он назвал “открытые пространства”. Вот отрывок из этой книги: “Своей инфраструктурой город будущего будет напоминать город Средних веков…, и тот, кто не обречен жить в городе из-за своей профессии, переедет жить в сельскую местность. Наша цивилизация – это культура большого города; поэтому она представляет собой “болото”, порожденное дегенеративными, болезненными, упадочными людьми, которые вольно или невольно оказались в этом тупике жизни”.

            “Из этого питательного бульона выросла целая культура мышления "граждан мира", "Совета Европы", который целенаправленно выращен в арбитра. Совет Европы - организация сугубо идеологическая, которая призвана давать ярлык на соответствие "прогрессивному стандарту" глобализирующего либерализма, подобно тому, как III Интернационал делал это для коммунистической версии глобализации. СЕ был создан как стратегический резерв и долгое время практически оставался за пределами орбиты, в которой обращались все серьезные проблемы и аспекты мировой политики. Пока в мире никто не смел оспаривать принципы классического международного права - невмешательство, суверенитет, право на собственную цивилизацию со своими ценностями и целями национального бытия и представлениями о грехе, преступлении и добродетели, Совет Европы не играл никакой роли в международной политике и даже не был в солидном списке разнообразных международных организаций, которые в первую очередь изучались на факультетах междуннродных отношений и международного права. Но как только наступил момент, когда идеологическая подготовка сознания позволила подвергнуть сомнению суверенитет государства-нации и начать реализовать идею мирового правительства и глобализацию через управление и "арбитраж" наднациональных структур, наступил момент и для СЕ.

Примечательно, что эмблемой Совета Европы как и всего так называемого "европейского процесса" был избран венок из пентаграмм. Мало кто знает, что именно этот символ выложен на потолке главного масонского храма в Лондоне. Истинные результаты западных планов, и задуманная роль этих мондиалистских и универсалистских органов стала очевидной лишь сегодня и осуществляются в самом конце ХХ века”.6

 ________________________________

 1. Koch J. V., Grupp S. E. The Economics of Drug Control Policies // The Economics of Crime. Cambridge (Mass.), 1980. P. 339 - 351.

2. Levitt S.D., Venkatesh S.A. An Economic Analysis of a Drug-Selling Gang`s Finances // NBER Working Paper 6592. June 1998.

3. Дж. Колеман. Комитет 300.

4. Н. Нарочницкая. Тяга к мировому господству. 2001. Интернет-ресурс www.narochnitskaia.ru

5. Там же.

6. Там же. 

 Назад                                                                                                      Продолжение следует... 

1 2 3 4 5 6 7 8 9

Copyright ©  Владимир Лукьянов 2000-2004,  All rights reserved.  

 


Используются технологии uCoz